The Attackers (Истребители)

Смотри, мессеры.

Точно.

Ложись!

Смотри, ребята, есть кто живой.

Командир, нет живых.

Мужики! Девка живая!

Точно, живая.

Отлично. Эта деревня — то, что мне нужно.

Деревня, как деревня.

Вот именно. Вы хотели посмотреть, как мы работаем?

Сейчас увидите. Все будет исполнено очень быстро. Начали.

Фельдфебель, ликвидировать.

Есть.

У вас уже заминка?

Это не надолго.

Я же говорил. Все устранили очень быстро.

А дальше? Я уже 10 раз все это видел в кинохронике.

Через три дня вы сможете увидеть, как это работает.

Здесь будет новая деревня? Или что?

Суть изменится полностью. А внешне все сохранится так, как вы сейчас это видите.

Я знаю, ваше задание оценить мой проект. Я не буду вам мешать.

И буду с нетерпением ждать вашего мнения.

Хорошо.

Повезло вам, ребята, прекрасный у вас командир. Настоящий орел.

Тоже бывший мой курсант, между прочим.

Стройся!

Ну, что? Вспомнил годы молодые? А я помню, не любил ты эту штуку.

Да… Точно, не любил. Теперь каждый день тебя вспоминаю. Особенно в бою.

Это хорошо, что вспоминаешь.

Равняйсь! Смирно!

Товарищи выпускники!

Приветствую вас в рядах 133-го отдельного авиационного истребительного полка!

Вольно.

Завтра мы поедем с вами на завод получать новые самолеты.

Те из вас, кто не сдаст мне зачет по летной эксплуатации Як-3,

в кабину не сядет. Это ясно?

Вопросы есть?

‒ Разрешите обратиться? ‒ Ну.

Товарищ подполковник, а правда,

что Герой Советского Союза Леонид Шугаев был вашим ведомым?

Правда. Был.

Ну, чё я тебе говорил, Синица? С тебя два компота. Три.

Разговорчики. Еще вопросы есть?

Разойдись!

Детский сад…

Там повзрослеют. Если успеют.

Это кто придумал — новенькие самолеты с молодыми перегонять?

Ну, так старики все на фронте.

Старики! В 20 лет уже состарились! Старики…

Смотри, смотри, что творит засранец, а! Рано газ убрал!

Ручку на себя! Газу! Сейчас стойку сломает! Мать твою!

Вот ребята, когда разобьем мы фашистов, очистим от них нашу землю и другие страны,

вернусь я домой в свою ​​родную Украину

и скажу, смотрите, мама и папа, какую я вам на войне дочьку нашел,

а себе жену, и заживем мы с ней в мире и согласии, и детей у нас будет,

ну, штук 5 или 6 не меньше, и уже никогда наши дети не увидят такой войны.

Потому что после такой войны как эта, больше никто не захочет воевать.

Ага, не захочет воевать. Размечтался.

Почему?

Сколько до этого войн было? Мой отец Первую мировую отвоевал,

газовую атаку пережил, и не одну.

Он до сих пор никаких запахов не переносит, любых, даже запаха цветов.

А та война, по-моему, пострашнее этой была. И вот снова. И не заканчивается пока.

Послушай, ты ходить будешь?

Уже полчаса на доску смотришь. Давай хотя бы шахматную войну закончим, а?

Да буду, буду, что я тебе, Ботвинник, что ли? Дай подумать.

А я вот думаю, что Коля прав.

После такой войны, как эта, только сумасшедшие захотят снова все повторить.

Вот вернусь домой, пойду работать в школу, как мой отец, учителем истории.

Да ты что!

Буду рассказывать детям, чтобы они рассказали своим детям,

какой ценой нам далась эта победа.

И про вас обязательно расскажу. Про нашего командира тоже.

Ой, брат молодец!

Слушай, Руба-Джан, давно спросить тебя хотел, дорогой.

‒ Давай. ‒ Какого роста у тебя сестра Каринэ?

Тебе это зачем?

Ну как, Руба-Джан. Война закончится, я приеду к тебе в гости в Армению.

Приезжает дорогой друг, да, и вдруг твоя сестра, раз, и выше меня. Как? Как жить?

Нет, не выше.

Не выше? Женюсь.

‒ А я за тебя Карину не отдам. ‒ Почему?

Несерьезный ты человек. Вот Коля совсем другое дело.

Я зарежу себя ножиком вот этим!

Лучше б руководство почитали!

Кто проснулся там?

Слушай, Синичкин, а у тебя девушка есть?

А тебе какая забота?

Ну, как какая? Ты ж нам про нее не рассказываешь.

Так может ты девственник?

Не твое дело! У вас одно на уме. Вот, лучше послушайте. При посадке самолета…

Хорош мозги засирать. Завтра на фронт, успеем еще. Коль, ходи давай.

Руб, давай чё повеселей, а.

Аэродинамические силы в моменты тяги двигателя

зависят от положения органов управления параметров...

...атмосферы. Так, например, любое сопротивление...

Ах, ты не угомонишься, зараза!

Для меня, каждый из вас — сын родной. Своих-то Бог не дал.

Вот и прилипаешь сердцем к каждому. А вы уходите и не возвращаетесь.

Ну, я же вернулся.

Илья, ты ребят береги. Зря ими не рискуй.

Да, Сергей Иваныч, я очень постараюсь.

Как родных береги. Ну, пошли?

Личные дела посмотришь, новоприбывших.

Двадцать пять самолетов в день. Мало. Специалистов не хватает.

Люди работают на износ. Вот, мальчишка на сборке.

Здравствуй, Николай. Засыпают на стапеле…

Но в целом, в общем, замечаний к нам нет.

Попадаются мелкие недоделки, там не докрутили, там чуть не дотянули.

Да как же это у вас так?

Силенок не хватает — дети.

Илья! Бестужев!

‒ Саня! ‒ Илья!

Саня… А я-то думал, ты уж все, отвоевался.

Вы что, знакомы, что ли?

Вместе в полку служили.

Ну, тогда я вас оставлю, мне нужно в красильный заглянуть.

Вентиляция сломалась, люди больше пяти минут не выдерживают.

Вы найдите меня потом.

Да, да, да, обязательно. Вы извините, такая встреча. Саня!

Ух, ты ж, смотри, поседел и усищи какие отрастил.

Ну как ты, в общем, в целом, а?

В целом. В целом нормально, командир.

В общем, после госпиталя комиссовали подчистую. Домой вернулся.

Ну, а жена? Сюда привезли или как?

Нет жены. Ушла к другому.

Запил я, Илья, крепко. Потом в штаб написал генералу Макарову.

Написал, что летал с тобой, что ведомым у тебя был.

‒ А он что? ‒ Ну, помог. Я сразу пить завязал.

Да, генерал Макаров хороший мужик.

Приехал в Тушино переучиваться на Як-3,

а там как раз заказчики с завода испытателя искали.

Ну, и ты им показал?

В кабину яшки прыг, как дал им, ух… Так я оказался здесь.

Ой, молодец.

Ну, тут уже и Глашу встретил. Ладно, что мы все обо мне.

Ты расскажи про наших. Лёнька Шугаев, в газете читал… Орёл!

Орёл, да.

Женька Дементьева как? Не поженились еще?

Ой, Саня…

Погибла Женя.

Давай, давай, Илюша! За мной!

Скорость 600 по прибору! Развалится!

Не боись, не развалится!

Давай, не дрейфь, ничего ему не будет! Отвечаю!

Газ до упора, командир, до форсажа! Каково?

Старый яшка от такой перегрузки развалился бы.

То-то! Машинка!

Ты сбит, Саня!

Чёрта лысого!

Вот это да! Как по вертикали прёт, ты посмотри! А скорость!

Зачем он на вертикаль полез? Нас Иваныч с переворотом учил уходить.

Сам на перегрузке вырубаешься, кабину мараешь!

Тебе не на истребке, тебе на бомбовозе летать надо!

Кто кабину марает? Ты видел, что ли?

После тебя в кабине, вообще, не продохнуть!

Садятся! Садятся!

Куда ты смотришь, командир?

Нам дальше. Знакомый, что ли?

Да нет, обознался.

Саратов — городок маленький. Не Москва, конечно. Какой есть.

Квартирка небольшая, скромная. Почти уже пришли.

Ну вот, тут я и живу. Заходи, командир.

Тихо! Тихо, пацаны! Тихо! Пойдем, чё покажу.

Мама родная! Девушки! Такие хорошенькие!

Худенькие такие, как статуэточки.

Всё, дай другим посмотреть!

Парни, это неправильно! Они же… Это нечестно!

Чего они же? Синица, ты долбня, что ли?

Ты завтра погибнешь. Так ни одной голой девки и не увидишь.

Давай!

Я думала у них пулеметы, а у них там пистолетики!

Чего? Это у кого там пистолетики?

Сейчас зайду — посмотрим!

Ну, как огурчики?

‒ Очень. ‒ На здоровье.

Вот у меня еще варенье есть. Яблочное и малиновое. Пожалуйста.

Малиновое.

Сами собираем. Я вам сейчас чаю принесу. Тебе холодненькой водички налить?

Саш. Ну, чё ты молчишь? Что с тобой?

А что со мной?

Ну, вижу, нравишься ты ей.

Думаешь?

Только вот не пойму, как она тебе?

Муж ее на мине подорвался. Сапером был.

Ну, и что?

Ну да, нравится она мне, Илюш. Нравится, а не могу.

Мужик ее такой же, как я был. Не могу я.

Толик все время про отца спрашивает. В минера играет. А тут я.

А вот чай, пожалуйста.

Спасибо.

Вот разбавила водичкой.

Я пойду посмотрю, вдруг Толя проснулся.

Говорят, время лечит.

Да, не лечит, Илья. Не лечит. Мне каждый день фронт снится.

Боевой разворот, атака, заход! Ты бы видел, как Толик на фотографию отца смотрит.

А я тут щи из тарелки его бати хлебаю.

Но ты самолеты на крыло ставишь, на которых нам воевать.

Ты неполадки проверяешь, жизни кому-то спасаешь!

Да я понимаю. Но на заводе испытателей, таких как я, еще пять штук.