Aimee & Jaguar (Aimee & Jaguar)

- Я поймал его, поймал! - Хорошо!

"ЭММА И ЯГУАР"

Берлин всегда был одним из крупнейших европейских центров.

Здесь вы с уверенностью можете сказать, что это самый центр Европы.

Правительственные здания находятся настолько близко к жилым кварталам, . .

... что вы можете встретиться за завтраком с самим канцлером.

Великолепие будущих тысячелетий струится из этих окон.

Сюда, пожалуйста.

Конечно же, здесь обои обдерут, а стены оштукатурят...

Руди, ничего не трогай.

Разумеется, ванну, раковину и унитаз заменят на новые.

Руди, где ты? Руди?

Руди?

Фотографии и стулья мои, остальное можете сжечь.

- Здесь все мои вещи? - Да, не волнуйтесь, фрау Вурст. Всё здесь.

Вот и всё.

Милая юбочка.

Последний взгляд?

Скоро Вы привыкнете к этому месту, госпожа Вурст.

Может быть, Вам здесь даже понравится.

Как устроитесь, спускайтесь вниз, познакомитесь с остальными.

Ну, что скажете, фрау Вурст?

Фрау Вурст? Где она? Фрау Вурст?

Фрау Вурст? Фрау Вурст?

Фрау Вурст?

Куда же Вы, фрау Вурст? Будьте благоразумны. Постойте.

- Мне надо идти. - Куда же Вы?

- Нет, нет, нет! - Постойте. Будьте же разумны.

Куда Вы пойдёте? Вам же некуда идти. Фрау Вурст, куда Вы?

Ильза?

Ильза.

Да, действительно, Ильза - это я.

В ноябре 1943 года я со своей подругой Фелицией слушала 9-й концерт Бетховена, . .

... несмотря на то, что уже три недели в небе над Берлином шли бои.

Но тем же вечером мне не было дела ни до какой войны.

Мои мысли были заняты Фелицией и её новыми духами.

Что-то не так?

Ильза?

Я сказала, что не смогу посидеть с ребёнком, потому что у меня болен отец.

Значит, это и есть господин и госпожа Вурст?

Нет.

Нет?

Она милая.

Очень милая.

Ну не во время же концерта! Никто не уходит со сцены!

Мои очки, где они?

Мы не найдём их в такой давке.

- Без них я не уйду! - Ох уж эти женщины!

После сигнала тревоги Фелиция уже не выпускала из вида фрау Вурст, . .

... у которой я работала несколько лет. Она была неотразима.

- Это ваши? - Да, спасибо.

Эрнст! Эрнст, они нашлись!

Я почти не ношу их, но всё равно спасибо.

- Не стоит. - Спасибо. Пойдём.

Внимание! На выход работают боковые двери!

Не слишком надейся.

У неё было много романов, но она до сих пор остаётся замужем.

Прекрасные глаза.

Особенно когда мимо проходит молодой офицер.

Фелиция Шрагенхайм? Фройляйн Шрагенхайм?

Ваш отец был хорошим врачом. Берегите себя.

О, Боже.

Быстрее! Быстрее! Сюда! Проходите!

Держи.

Пойдём.

50 лучших фотографов получили задание сфотографировать самые красивые здания.

Они собираются всё разрушить.

Держите. Это для наших английских друзей.

Вы с ума сошли? Что это?

Списки последних рейсов из Венгрии. Пусть Шмидт сделает копии. До завтра.

Фелиция.

Ты потеряла чувство опасности. Это нехорошо. Ни для кого из нас.

Никто не мог так маскироваться, как Фелиция.

Она работала в нацистской газете, писала бесчисленные стихотворения...

... и не пропускала никого с такими длинными волосами, как у меня.

Иногда я думала, что в ней живёт несколько человек.

Не успею я привыкнуть к одной, как она уже совершенно другая.

С ней было нелегко общаться.

И единственным человеком, с которым Фелиция была смирной, была её бабушка.

Аарон, у тебя губы посинели. Выпей это, тебе станет лучше.

Не могу поверить.

Бабушка!

Почему она не слушается меня?

Я столько раз говорила ей: "Оставайся дома. Не выходи на улицу. Не приходи сюда. "

Бабушка!

Пол-Берлина сожжено. Только не говори, что ты не пряталась в подвале.

- Сядь! - Ты что, спала в это время?

Ты ходила на концерт?

- При чём здесь это? - Тогда не говори об опасности!

- Нет, Ильза и я... - Не разговаривай с полным ртом!

Извини, Ильза. Я знаю, что для молодых девиц бабушки - настоящая проблема.

Когда она была маленькая, то непременно хотела

скатиться с горы на санках задом наперёд.

- Правда, Фелиция? - Это было только один раз!

И вообще, это была идея моей сестрёнки!

Она-то сейчас в Англии, а вот где ты?

Со мной ничего не случится!

Ильза, ну почему одни - сумасшедшие, а другие - нет?

Не знаю.

Ильза, как тебе её жених?

- Кто? - Жених. Она ведь помолвлена.

Ну, расскажи мне, какой он. Сможет ли он её содержать? Чем он занимается?

Ну, как он выглядит?

Красивый, высокий, темноволосый.

Когда же он заберёт её?

Скоро, бабушка, очень скоро.

Милые дамы, не поделитесь ли вы

с нами остатками этого чудесного картофельного пюре?

Ильза, присмотри за ней.

Сегодня утром мне приснился замечательный сон, ты тоже была в том сне.

Я проснулся с мыслью, что отдал бы всё, . .

... только бы поцеловать твои нежные руки, твою прекрасную, нежную шею.

Может быть, даже что-нибудь ещё...

... поцеловать.

Фрау Шрадер, Вы что же, даже не вставали?

Мы сняли 41 самолёт, но я сомневаюсь, что из этой затеи что-нибудь выйдет.

Кстати, где статья?

На вашем столе.

Моя милая фрау Шрадер, что бы я без Вас делал?

Почти 5 тысяч квартир за ночь.

В партийных штабах царит настоящий хаос.

Нервы у всех на пределе.

Если бы кто-нибудь знал, что происходит. Это уничтожение себе подобных. Хотите?

Нет, спасибо.

Но Геббельс - гений.

Прошлой ночью он сказал, что лица всех великих остались на марках.

И когда их больше не станет, память о них будет жить. Что скажете?

Потрясающе.

- Пусть побудет у Вас. - Хорошо.

Какая же ты красивая!

Сегодня утром мне приснился замечательный сон.

Ты тоже была в том сне.

"Я проснулся с мыслью, что отдал бы всё, только бы поцеловать твои нежные руки,

... твою прекрасную, нежную шею... " Недурно, правда, Ильза?

"Я хочу лишь остаться с тобой наедине, обнять тебя и снова сказать тебе... "

- Бернд! Оберхард! - Фотографировали не в горах, глупый!

А в зоопарке, в зоопарке!

Тогда я больше так не играю! Я сломаю твой замок!

Хватит! Если я услышу ещё хоть слово, я отправлю вас к людоедам в Баварию!

- Понятно? - Мама, а кто такой генерал?

Тихо!

"Хотел бы я найти звезду для нас. Сказать ли должен я, зачем?"

"Тебя люблю я. Люблю твою красу. Твой Ягуар. "

Еще ни разу, никогда в жизни я не получала таких писем.

Прямо не знаю, что и думать. Боже, кто бы это мог быть?

Эрнст?

Что-нибудь не так?

Мне надо сходить за манкой.

- За манкой? Сейчас? - Да, именно сейчас.

Хочешь покажу что-то? Вот, смотри.

Как ты можешь писать такие письма?

Я написала только одно. Кстати, как она отреагировала?

Расчувствовалась? Ну же, расскажи!

Ильза, я же просто пошутила. Это шутка, только и всего.

Она всем сердцем ненавидит евреев.

Считает их виновными во всём. Это, по-твоему, шутка?

- Она это говорила? - Сегодня утром.

- Какое совпадение! - Ты о чём?

- Я встречаюсь с ней. - Что?

- Может быть, она действительно может. - Что может?

- Чувствовать евреев. - Фелиция, что может тебя остановить?

Много чего может.

Что у тебя там?

О, нет! Не может быть!

Это же мои любимые колбаски. Я угадала?

Угадала! Я из редакции принесла.

Это тебе, а это для бабушки и родителей.

Увидимся.

Боже, Ильза, через 5 минут он придёт. Где же мои очки? Не видела их, Ильза?

- Там. Вон там. - Не вижу.

Я волнуюсь. Господи, как я волнуюсь!

Ильза, как я выгляжу? Хорошо?

- Замечательно. - Что?

Вы, как всегда, неотразимы.

Бернд! Эберхард! Вы с ума сошли?

Я здесь только что убралась! Ну-ка, собирайте своих солдатиков!

- Где твои ботинки? - На мне!

Слезай с софы! Кому сказала, слезай! Эберхард, обуйся!

- Но мы же играли. - Идите сюда, идите сюда.

- Ильза! - Да?

Нет, только не это! Кто это сделал? Кто сделал это?

- Не я. - И не я.

Это был подарок Гюнтера. Он убьёт нас всех!

Ладно. Быстро одевайтесь и гулять!

Только не в зоопарк!

Хорошо, идёмте, идёмте.

Подождите. Чьё это?

- Моё. - Вот, оденешь на улице.

До встречи, мои шалунишки.

Повеселитесь, ребята. Поцелуй меня, ты тоже. Пока.

Когда приходил её очередной кавалер, фрау Вурст вела себя, как подросток.

Целый день она всё мыла, чистила, и ничто не могло испортить её свидания.

Будучи натурой романтичной, она была уверена,

что письмо Фелиции написал именно он.

Она с нетерпением ждала того момента, . .

... когда сможет бросить своё изголодавшееся сердце к его ногам.

Просто непостижимо! Столько волнений из-за какого-то мужчины!

Послушай, что я тебе скажу. Приходится переживать столько неудобств.

Здравствуйте!

Все вокруг говорят только о еде.