The Comeback Trail

ГОЛЛИВУД, КАЛИФОРНИЯ, 1974 ГОД

Хватит осквернять слово Господне!

МОНАШКИ-УБИЙЦЫ МИРОВАЯ ПРЕМЬЕРА

- Дайте слово Господу! - Три-четыре, два-один,

Господь прекрасен и един!

- О боже, такие фильмы! - Восемь-семь и шесть, и пять –

- Читайте Библию опять! - Пусть Голливуд прекратит это кощунство!

Бог есть Любовь! Остановите насилие!

Потрясающе – на наши фильмы никогда ещё такая очередь не выстраивалась,

целый квартал!

Это пикетчики, дядя Макс.

Может, фильм опередил своё время. Никогда не угадаешь, Уолтер,

Представь, когда Игорь Стравинский впервые исполнил «Весну Священную»

в «Театре на Елисейских Полях»,

зрители были не готовы услышать атональную гармонию,

и там началась настоящая драка!

А как это нас касается?

Просто к сведению.

«Чудовищная безвкусица фильма сравнится разве что с бездарностью его режиссуры»

Единственный плюс этого фильма – через полтора часа

он кончается».

- И это – хорошая рецензия? - Конечно, отличная.

Им понравился финал.

Богохульство! Дело рук дьявола! Дьявола!

Прекратить издевательства!

Хватит осквернять слово Господне!

Дядя Макс, очень важный вопрос.

Мы так давно этим занимаемся...

И?

Не знаю. Может, пора...

завязать?

Я притворюсь, что я этого не слышал, Уолтер.

- Да я... - Завязать?

Ты что ли вообще уже из ума выжил?

Завязать? Язык себе завяжи! Мы не слабаки.

Мы – Кинокомпания «Чудо»! Какой наш девиз?

Какой наш девиз? Хороший фильм это...

- Чудо. - Чудо! Именно.

А почему мы назвали себя «Кинокомпания «Чудо»?

Потому что на свете случаются чудеса.

Они случаются ежедневно! Не с нами, но случаются.

Главное – держать глаза нараспашку, а сердце начеку, чтоб распознать

и не упустить это чудо, когда оно явится перед нами. Вперед!

Ладно. В погоню за чудесами.

Класс. Заплатишь за меня?

Конечно.

Объявить бойкот кинокомпании «Чудо».

Это не чудеса! Это богохульство!

"Подержанные машины Эйвона" сцена 1, дубль 1.

Привет, я Дюк Мон...

Извините.

Продолжаем. Не останавливайте.

Не страшно. Мы снимаем на видеоплёнку.

Что?

Это последний писк. Камеру можно не стопить.

Дюк, продолжайте, когда готовы.

МОЁ СЕРДЦЕ ПОЁТ ЛИШЬ ДЛЯ ТЕБЯ

ДЮК МОНТАНА И ЕГО ЗОЛОТОЕ ЛАССО

ДЮК МОНТАНА И РЕЧНЫЕ ВОЛКИ

Твою мать.

АФЕРА ПО-ГОЛЛИВУДСКИ

Привет, Реджи. Рад, что заглянул.

Знаешь, поначалу я думал подложить тебе бомбу в машину,

как этот мексикос в фильме Орсона Уэллса «Печать зла».

Мексикос был скользкий гусь.

Потом я решил: Нет.

Нет. Я тебя зарежу насмерть,

как Тони Перкинс убил Дженет Ли в «Психо».

А этот гусь тащился от своей мамаши.

Но потом я подумал: нет-нет-нет! Я лучше придумал.

Столкну твою задницу с лестницы, как Ричард Уидмарк бабку в «Поцелуе смерти».

Помнишь Томми Юдо?

Это я не смотрел.

А ты никогда не хотел меня отпустить,

как Клод Рейнс Джона Гарфилда в «Теперь я преступник»?

Чёрт. Ненавижу этот фильм.

Жалко, не повезло. А я очень люблю.

Не повезло тебе, Макс.

На этот раз жизнь не станет подражать искусству.

Короче, Реджи. Реджи, слушай! Я же предупреждал,

это кинобизнес, всегда есть шанс не окупиться в прокате. Я же говорил.

Окупиться?

Я сейчас был в кинотеатре. Ни одного билета не продано!

Это наверняка какой-нибудь рекорд.

Да я-то здесь причём? Я ничего плохого не делал,

эти чёртовы католики просто с ума сошли - не пускают людей в кино.

Но это скоро уляжется, сам увидишь.

И про это везде написали, такую рекламу за деньги не купишь.

Слушай сюда, Макс.

Это дерьмо обошлось мне в 350 тысяч. Быстро гони назад бабки. Полностью.

Ага, откуда у меня твои деньги – они все на экране.

Ты обещал мне стопудовый хит.

- Я обещал? - Ага.

- Я обещал? - Стопудовый хит.

Ты тут загонял при всех.

Ну, слушай, Реджи, ты чего?

Я же продюсер, чтоб собрать деньги, я что угодно наплету.

Меня начинает нести, это нормально.

Дай мне отсрочку. Немножко времени – и я всё тебе верну, обещаю.

Ты лжёшь.

Да клянусь, не вру! Ну, ладно, немножко вру.

Выслушай меня. Я – игрок, Я – продюсер! Это моя профессия.

И обещаю, я всё вверх дном переверну, где бы я не искал,

в каждом углу пороюсь, живого места не останется,

пока я не наберу тебе нужную сумму. Обещаю.

Зуб даёшь?

Хоть два.

Ладно. Даю тебе трое суток.

- Семьдесят два часа? - А потом...

я тебя задушу нахрен.

Тони Кёртис в «Бостонском душителе»?

Ещё бы.

Ясно.

Хороший фильм.

БЕВЕРЛИ ХИЛЛЗ

И понимаешь, что я вижу за кулисами?

Он так налакался, что еле на ногах стоит. Прикинь?

И они выпустили меня. Слава богу, я мастер импровизаций.

А потом я решил:

Какая разница, французы же всё равно не знают английского.

Охрана! Охрана! Вы охренели – его пускать?

- Смешно. - Макс Барбер!

Джимми Мур!

Предпочитаю – Джеймс.

Да ладно, я ж тебя с детства знаю.

Это было очень давно, Макс.

Да, всё меняется.

Да.

Можем поговорить наедине?

Конечно же.

Дай угадаю – тебе нужны деньги.

Это так очевидно?

Нет.

Глаза тебя не выдают.

Осанка тоже не выдаёт.

Ты всегда отлично прятал свои чувства.

Кстати – этот урок я усвоил, работая с тобой, Макс.

Никогда не выдавай, что происходит у тебя на душе. Садись.

Думаешь, кто-то ещё не в курсе,

что ты задолжал Реджи Фонтейну 350 кусков за свой последний опус?

Слушай, Джимми. То есть, Джеймс.

Это временные трудности, поверь.

А? О! То есть у тебя хит на хите в производстве?

Ясно. Обхохочешься.

Да ладно, это я так. Просто дурака валяю.

Я тебе с радостью их дам, по старой памяти.

Спасибо.

Только мне нужно кое-что взамен.

Сценарий Терри Миллера «Парадиз». Я его хочу.

Я... Нет. Я... о, нет, Джимми. Нет-нет-нет.

Я в жизни не видел сценария лучше.

Это стопроцентный Оскар за лучший фильм, а я его хочу.

Я... Я не могу, не могу. Что угодно, только не это.

Ты всё равно его не снимешь, Макс. Тебе будет нужен миллион долларов.

Я эту сумму могу достать в секунду.

Ты и за тысячу лет эти деньги нигде не наберёшь.

Что ты упрямишься, как баран.

Потому что это моё детище, я живу ради этого, Джимми.

- Я так не могу. - Стой.

- Ты забыл, кто дал тебе наводку? - Да, ты дал, ну и что?

А кто делал всю работу, и трахнул вдову автора, чтоб она права отдала.

Ты? Нет - я! Знаешь, какой это был ужас?

Ты сто раз мог его снять, когда с тобой ещё условно считались.

Ага. Ты предлагал его с Фрэнки Пирсом снять.

- Фрэнк Пирс – кинозвезда. - Фрэнк Пирс – фуфло.

Он тут ни к селу, ни к городу. Он бы всё запорол,

- Ты что? - Зато было бы что запороть!

Но я...

350 долларов, Макс.

Я готов выписать чек прямо сейчас.

Сценарий, наконец-то, достанется мне, а тебя не закопают.

Я не могу. Я не могу.

500 тысяч долларов, Макс.

Категорически нет, не могу.

Семьсот пятьдесят.

Нет, не могу. Не могу.

Ладно.

Миллион долларов, Макс.

Миллион?

Нет, нет. Я... Я... Не могу. Нет, нет, нет, нет и нет.

Хрен я тебе позволю наложить на него лапы.

Все сцены - идеальны, реплики – сокровища.

Ты недостоин такого сценария, не заслужил его.

Я никогда не позволю тебе завладеть им.

Ты его разрушишь. Разрушишь его своими Фрэнками Пирсами и...

- Тебе деньги, что ли, дать жалко? - Знаешь, что? Всё, хорош, я...

- И при этом меня ещё унизить. - Тогда поступим так.

- Сниму его с Уолтером, когда ты помрёшь. - Знаешь что?

- Один хрен - деньги те же. - А я завещаю этот сценарий Эду Вуду,

чтоб ты не мог его захапать потными руками.

- Пошёл ты. - Ага. Передай привет Реджи,

- упрямый старый пердун. - Ты у меня щас передашь.

Знаешь, что ты снимаешь? Свой сраный мусор, а я получаю Оскары.

«КИНОКОМПАНИЯ «ЧУДО»

- Доброе утро. - Доброе утро.

- Это что? - Это Джимми Мур прислал,

но открытка странная.

Что, кто-то умер?

Без понятия.

Ещё он прислал вот это.