The Bubble (Ha-Buah) (Ha-Buah)

Ребята, здесь запрещено снимать, это закрытая военная территория, хорошо?

Покажи нам приказ.

Достаточно того, что я вам сказал.

Этого не достаточно! - Я же просил здесь не снимать, правильно?

Эй, эй, эй, я бы попросил…

То, что ты делаешь - противозаконно, опусти, пожалуйста, руки.

Командир!

Командир!

Подъехал автобус.

Позаботься, чтобы они убрались отсюда, и займись автобусом.

Приведи себя в порядок.

Я предупреждаю тебя, ты нарываешься. – Что ты говоришь?

Вперед, выходим, выходим.

Вперед, у нас мало времени.

Строимся в две шеренги.

Всем мужчинам снять рубашки, медленно и по порядку.

Тут нельзя фотографировать! - Да ты что? Почему? По какому праву?

Что ты от меня хочешь?

Ты не слышал? Офицер запретил снимать. - Запретил, ну и что с того?

Вы не можете так накладывать цензуру.

Снимайте. Какая мне разница…

Следующий.

Отлично.

Дальше.

Я же сказал медленно, чтобы я видел.

Дальше.

Ты, с пузом, покажи, что там у тебя.

Я не понимаю, что ему нужно?

Ну, покажи живот! Что тебе не ясно?

Делай то, что он говорит.

Отлично. – Сукин сын. - Успокойся, Джихад, сейчас не время.

Всем вытащить паспорта. Вы продолжаете дальше, проверка паспортов.

Ну, живо, все.

Скорую! Скорую! Вызовите скорую!

Солдат! У нее отошли воды! Ей нужна помощь, она рожает!

Прошу.

Надав, вызови скорую.

Скорую! - Воды, воды.

Скажи ей, что я фельдшер, я помогу ей.

Не бойся. Он почти врач. Он сможет тебе помочь.

У меня тут роженица.

Расстегни ей рубашку, ей нужен воздух, расстегни.

Я расстегиваю пуговицы, хорошо?

Где скорая? - Они уже в пути.

Не бойся.

Скажи ей, пусть не боится. - Я уже ей сказал.

Она рожает.

Спроси у нее, как она чувствует и где у нее боли?

Что ты чувствуешь? Где болит?

Мне так больно.

Не трогай ее! Отойди от нее, отойди.

Что он делает? Что он в этом понимает? Где врач?

Перестань, ты ее пугаешь.

«Корабль», когда будет транспорт?

Он в дороге.

Врач приехал.

В чем дело? - Не знаю, она рожает.

Я - врач. Не беспокойся, я позабочусь о тебе.

Младенец выходит ножками.

Тужься, тужься, помоги мне.

Помогай мне, тужься!

Еще один разок и он выйдет! - Жми, тужься!

Еще, еще…

Он снаружи.

Что-то не так.

Простите?

Где мой сын?

Она хочет ребенка. - Реанимируй его.

Есть пульс? -Нет. – Ладно, искусственное дыхание.

Сожалею, новорожденный не в порядке. У него отсутствует пульс.

Где мой сын?

Я ничего не могу сделать.

Вы убили младенца?

Вы убили его?

Как ты можешь так говорить?

Хватит, Джихад. - Не вмешивайся.

У тебя нет Бога, ты?

Хватит митинговать, ничего не случилось.

Разойтись! Разойтись!

Всем строиться в шеренгу. Готовьте паспорта.

У нас мало времени, вперед!

Быстро!

Охад Кнолер

Юсеф (Джо) Свейд.

Даниела Вирцер

Алон Фридман

В фильме Эйтана Фокса

"Мыльный пузырь"

Прости?

Прости?

У тебя есть новый альбом Бритни?

Кто это? - Что значит «кто это»? Это же певица, альбом «Моя прерогатива».

И на ДВД есть. - Что это: «Прерогатив»?

Ты что? Это новый клип, она блондинка. – Не знаю.

Я могу принести сборник «Роллинг Стоун».

Откройте ваши уши - Что!?

Вот придурок.

Давай, уйдем отсюда.

Дерьмовое место, нет?

Да?

Мне здесь нравиться, нет напряжения, без формы, спокойные официанты.

Я думаю, что вольюсь тут в струю.

Я тут уже ел, ну, ты в курсе.

Иногда, люди ждут полчаса, чтобы попасть сюда.

Но стоит ждать, картофельные оладьи и рис с овощами.

Я понимаю, что прикол в том, что Орна и Элла, вроде как хозяйки тут.

А все официанты парни. Но ведь это уже отстой, нет?

Типа: «Посмотрите на меня»?

Как вы можете прошляпить такую талантливую, как я?

Я уже управлял пабом в Нетании, но я могу начать и с низов.

Поверь мне, через месяц-два, я управляю этим местом.

Да, но управляю здесь я.

Но мы можем вместе, а?

Или же, откроем филиал в Каньоне Азриэли.

Я вчера там был, проверил: у вас там нет филиала.

Дело в том, что мы не сеть.

Есть лишь один филиал.

Так развивайте мышление, думайте шире.

Для этого Голан здесь.

Кстати, последний был не так уж плох. - Кто? «Девушка из пригорода»?

Ты что, смеешься? Она же не наш типаж!

А может, пришло время изменить вкусы?

Вам еще не надоело, что наши официанты похожи как братья?

Есть о чем призадуматься.

Йелли, дорогой, он тебе понравился? Назначь ему свидание.

Но только не делай из этого идеологический диспут.

Что нового?

Наш солдат вернулся.

Приехал? - Да.

Я отлучусь на пару минут. - Не спеши, я здесь.

Ну, рассказывайте, что у вас тут происходит.

Что с твоим парнем? - Что с ним? – Ничего не продвинулось.

Ты в курсе, что я еще его не видел? - Не может быть.

Как же продвинуться с ним? Мир продвинулся? - По мне, так да. – А по мне, нет.

К вашему сведению, все парни, после первого удачного секса,

стремятся сбежать. Так они спасаются от липучести, долга. Вы понимаете?

Единственный путь заарканить их, это выдержать паузу перед этим.

До тех пор, пока их говняный мужской инстинкт не начнет жужжать в их ушах:

«Беги, она пытается к тебе прилипнуть».

Он вспомнит, как было приятно, когда мы ходили в кино.

Вспомнит прогулку у берега моря, и вот тогда он остепениться.

Секунду, сколько времени уже ты его мурыжишь? - Три недели.

Ну, ты знаешь, я люблю поэтапно. Для трех недель - это пограничное состояние.

Я не понимаю, что есть в этом Шароне, он тебя просто вскружил.

ты - израильская мисс Кари Брэдшоу.

Но если ты не хочешь, чтобы он исчез, пришло время раздвинуть.- Правда?

Ну?

Расскажи про ребят-резервистов. - Не о чем.

Ни с одним? Может красивый террорист? - Не начинай со мной.

Это мой последний раз на сборах резервистов.

Привет. Шарон?

А, ты занят.

Что, совещание?

Нет, ничего срочного. Думала, может, заскочишь ко мне вечером.

Да, ко мне домой.

Ты ведь говорил что хочешь, нет?

Да, я думаю, будет здорово, может, есть на ДВД?

Да, у меня просто нет сил, куда-то идти.

Почему?

А, мои соседи по квартире?

Уезжают на Синай.

Уезжают на Синай.

«Доброе утро мир,

«как у всех дела?»

Поверить не могу, что ты смотришь эту дрянь. – Тсс…

ОК, не переигрывай, мы же не по правде уезжаем.

Позвони моей маме и скажи, что еда вкусная.

Она это приготовила специально для тебя.

Ух, ты, вот это да.

«Круто».

Ну, давайте уже, проваливайте. - Скоро уйдем.

Вы не останетесь.

Только взглянуть на этого дорогого зам. редактора.

Ноам умирает, хочет на него посмотреть.

Нет!

Ты обронил, я просто хотел вернуть.

Ого.

Я не заметил, спасибо.

Входи, входи.

Это мои соседи. Это Йелли, Лулу, а это…

Я – Ашраф.

Мы были вместе на сборах, там познакомились.

Привет. - Привет, что слышно?

Я во время? - Конечно, конечно.

Познакомься. Я – Йелли, это Ноам, а он…

Он – Ашраф.

Ашраф? -Привет. – Очень приятно.

Мальчики, вы опаздываете на автобус.

Да.

Йелли, нам еще нужно успеть в банкомат.

Встретимся возле платформы на Эйлат, на Центральной станции. - ОК, бай. – Бай.

Бай.

Я…

Мне нужно в комнату, я забыл трубку…

Тель-Авив - Ашраф, Ашраф - Тель-Авив.

Не знаю, известно ли тебе, но море там.

Придурки, что строили Тель-Авив в начале того века,

они были из Восточной Европы, что они понимали.

Но тут - Ближний Восток.

Короче, построили город спиной к морю.