Divided We Fall (Musíme si pomáhat)

Ну, друзья, моя жена ждëт.

Мой отец считает, что это продлится не дольше нескольких месяцев.

Мы не надолго вторгаемся к вам, господин Чижек.

Это ужасно, Давид.

Будем надеяться.

Господин Чижек:

В кабинете моего отца спрятаны драгоценности. Вы знаете, где.

На всякий случай.

- Вам помощь не нужна? - Здравствуйте.

Пан Шимачек: Это молодой пан Винер.

- Шимачек. - Это мой сосед Франта.

Хороший человек.

Вот собрал кое-что в дорогу.

Что ж, до свидания.

- Нам очень жаль. - Это не ваша вина.

Тëтя Фрида писала, что в Терезиенштадте неплохо.

Дети ходят в школу.

Там есть оркестр, достаточно еды, даже горячая вода.

Может быть, это лучше, чем ютиться всем в детской комнате здесь, а?

Мы только не понимаем, почему она упомянула о кашле дяди Отто.

Сейчас все болеют.

Да, но дядя Отто уже 15 лет как мëртв.

У дачи.

Алик:

Иди сюда.

Господин Шимачек:

О, Господи.

Пан Винер, что вы здесь делаете?

Мне нужна помощь.

Если кто-нибудь вас увидит, они истребят целую улицу.

У меня нет выбора. Мне нужно спрятаться.

Боже милостивый: Уходите отсюда:

У нас дети.

Еврей:

Здесь еврей:

Еврей здесь: Помогите:

МЫ ДОЛЖНЫ ПОМОГАТЬ ДРУГ ДРУГУ

Могут эти ублюдки заткнуться?

Ублюдок - значит внебрачный ребëнок,

а это - дети наших соседей.

Вот именно.

Не знаю, что заставляет людей в такое время продолжать плодиться

и размножаться.

Должно быть, какой-то извращëнный инстинкт самосохранения.

Даже если бы ты могла иметь ребëнка, знаешь,

я всë равно не хотел бы приводить его в этот мир.

Но я не могу.

Прошу тебя, не нужно верить в чудеса.

- Не молись ей о ребëнке. - Я не молюсь.

- Нет, ты молишься. - Нет.

Ладно, молись. Не знаю я тебя, что ли?

У тебя всегда появляется такое святое выражение лица.

Твои глаза увлажняются...

А потом внутри начинают происходить всякие вещи...

Ты ненормальный.

А вот и твой друг-нацист.

Мы должны помогать друг другу...

Доброе утро, друзья мои.

- Чëрт бы тебя побрал с твоими шуточками. - Йозеф, я вам кое-что принëс.

Доброе утро, дамы и господа.

У меня для вас сюрприз.

А не выпить ли нам настоящего кофе, Йозеф?

Вы не должны были...

Не говорите мне, что я должен, а чего нет.

Если я могу, я даю. Никогда не был скрягой.

Кстати, Йозеф, я сделал для тебя разрешение на вождение.

Поблагодари его.

- Спасибо, пан Прохаска. - Хорст.

Вы сегодня в хорошем настроении, не правда ли?

Почему бы и нет?

Не верь Лондону, Йозеф.

Я тебя насквозь вижу, шеф.

Расслабься. Я не мелочен, и я был в Клубе Патриотов.

Подойдите сюда, милостивая пани, я вам что-то покажу.

- Йозеф, тебе не интересно? - Ну что ты:

Только ничего не говорите.

В твоей голове - Сталинград

и бесконечная блокада Ленинграда, да?

Я избавлю вас от ошибок и иллюзий.

Представьте себе, что это Москва.

Это - наши войска на Восточном фронте.

Отступление к Ржеву и Вязьме было блестящим манëвром

нашего доблестного Генерального штаба, понимаете?

Оно создало великолепное пространство для манëвра, правильно?

И как только весна сменит зиму, Фюрер восстановит свои войска,

и обрушится на это пространство с сокрушительной силой.

А это, между прочим, 250 дивизий.

И не только немецких.

И большевизм понесëт потери от рук венгров,

итальянцев, испанцев,

добровольцев из Франции и Бельгии

и даже словаков.

Сигаретку?

Я не стал бы лишать тебя 15 крон.

Ну, на самом деле 20.

Кстати,

в дом Винеров завтра въедет новая семья.

Дом был убран и продезинфицирован.

Могло быть хуже.

Значит, завтра они въезжают на виллу Винеров.

Надеюсь, ты не собираешься их жалеть?

Он ведь был не только нашим работодателем. Он был ещë и

нашим близким знакомым, разве нет?

Аккуратно.

Он был твоим боссом, а ты был моим боссом. Вот и всë.

А сегодня мой босс - герр Кепке.

Да, но он был достойным человеком, ты не находишь?

Он и для тебя кое-что сделал, нет?

Ты же не можешь ожидать от меня проявления симпатии к жидам

или другим врагам Рейха.

Посмотрите, пани, на вашего супруга.

Когда-то он был энергичным начальником отдела сбыта.

А сейчас сидит здесь вот так и потягивает кофе.

Может быть, тебе стоит начать работать, пока они не заметили.

Может быть, ты знаешь, что когда

я строил пограничные укрепления,

железный брусок упал и сломал мою ногу в трëх местах.

Так что, к твоему сведению, это означает, что я нетрудоспособен.

Знаю. Герой-неудачник.

О, чуть не забыл.

Посмотрите. Отличная работа.

Это наша Лени вышила.

Правда, она умница?

Она сказала, это для того дяди, который всë время спит.

У меня есть точно такая, но

мне некогда ею пользоваться, столько работы...

- Что ты о себе возомнил? - Ах ты, соня.

А ты смеëшься.

Иди, ложись.

Лежи здесь и загнивай.

Ты сам большой герой.

Чëрт. Это...

Рукав застрял у тебя в кармане. Дай мне.

Да ладно. Я не ребëнок. А что на голову?

Надень эту шапку.

- Я похож в ней на жука. - Зато удобно.

Это ведь неважно, правда?

- Что это, прощание? - Нет.

Я ведь рискую, правда?

Как вдруг мы стали понимать друг друга:

Мне и намëка было довольно.

Так не ходи. Кто тебя заставляет?

Разве мы недостаточно для них сделали?

Кто знает, вернутся ли они когда-нибудь.

- Дай мне. - О, прошу тебя.

Я что, сам не могу себе шнурки завязать?

Я не могу оставить их этим нацистам.

Понимаешь?

Я дал обещание и должен его сдержать.

Работает.

Пан Чижек:

Давид:

Вы можете не светить мне в глаза?

- Что ты здесь делаешь? - Я убежал из Польши.

Мне нужно было взять что-нибудь ценное.

- Но ты не можешь здесь оставаться. - Я уйду завтра ночью.

Ты не понимаешь: Тебе нельзя находиться здесь ни минуты.

Немцы придут завтра утром.

- А с вами? - Что с нами?

А, ты имеешь в виду, у нас.

Боже, что ты здесь делаешь?

Мне было страшно.

- Давай. Пошли. - Кто это?

Добрый вечер, пани Мария.

Давид.

Пошли.

Что это?

Я в штаны наложил. Выключи.

Дай мне руку.

Хочешь с повидлом?

- Закрой дверь. - Закрыл.

Знаешь, тут теперь не такая уж безопасная зона.

Безопасное место.

Полно коллаборационистов и шпионов.

Ты не поверишь,

как ненормальные времена меняют нормальных людей.

Свиньи...

Я верю.

А что с твоими?

Я не знаю. Наверное, они погибли.

Вы писали, что условия в Терезиенштадте нормальные.

Оттуда нельзя было писать правду.

Это только пересадочный пункт

перед отправкой в польские лагеря,

а там никто не выживает.

Ни один человек.

Мне повезло - я работал там, где сортируют конфискованные вещи.

Одежду и ценности. Через полтора года мне удалось

подкупить одного эсэсовца.

И мы убежали - вдвоëм с напарником.

И что ты собираешься делать здесь?

Я прожил здесь всю мою жизнь,

так что я думал, что кто-нибудь из местных сможет помочь мне.

Но что ты собираешься делать сейчас?

Завтра я встречаюсь с моим напарником в условленном месте за городом.

Я обещал раздобыть денег, а теперь мы двинемся дальше.

Ну, туда я тебя отвезу. У меня есть права.

И машина, которую мне одолжил

бывший сотрудник.

Он работал у вас на складе.